Как выбрать психолога?
Иногда в жизни наступает момент, когда чувствуешь, что не справляешься, не вывозишь сам. Одним из вариантов в этом случае может стать обращение к психологу. Но как клиенту, не обладая профессиональным пониманием выбрать специалиста? Поясню на примере, как выбирал я сам.
Приступим! Не будем экспериментировать на гипотетических котиках, а возьмем в качестве примера меня, будущего клиента. У меня что-то болит, и я даже ухватил где-то идею, что с моими затруднениями стоит идти к психологам. С одной стороны, мое представление о моей проблеме и способах ее разрешения может быть неполным. Иначе я бы сам справился. С другой — я все равно как-то устроен, у меня есть ценности, смыслы, картина мира, на которые я опираюсь в этой жизни. И было бы здорово, если бы человек, который начнет "лезть ко мне в душу", и с которым я проведу значительное время, открываясь, рискуя, а возможно даже страдая и радуясь, по большей мере разделял их. И чтобы при этом терапия была эффективной, а моя жизнь пусть постепенно, но улучшалась.
Логично предположить, что стоит присмотреться к тому, что будущий терапевт из себя представляет. А вот на что обращать внимание? Какие критерии выбора значимые, и их стоит учитывать в первую очередь, а какие нет? Цвет и разрез глаз? Стоимость сессии? Спонтанно возникшая симпатия? Наличие дипломов и сертификатов? Отзывы клиентов? Критериев масса, и запутаться в них проще простого. Как же быть?
Я долго думал, "читал пейджер" и пока пришел для себя к такому выводу. Похоже, согласовываться стоит по сущностным критериям. Куда я, как клиент, попаду? В пространство психотерапии. С чем там будет проводиться работа? Похоже, с моей устроенностью, психикой, которая сейчас, в окружающей меня действительности, реализуется таким образом, что мне настолько больно, что я хочу это изменить. Тогда, в контексте моего запроса, значимыми становятся два вопроса к моему будущему терапевту: "Как вы видите, что такое психика и как она живет?" и "Что такое, с вашей точки зрения, психотерапия?" Второй вопрос можно задать и конкретнее: "Как, с вашей точки зрения, устроена психотерапия, как она достигает целей? В чем, заключается функция, предназначение работы психолога?"
Вот так просто, невинно спросить и внимательно слушать, что прозвучит в ответ. И тихонько сверять со своей картиной мира, собственной устроенностью — отзывается в душе или наоборот, вызывает отвержение, есть готовность довериться проговоренным в ответе идеям, или нет. Возможно, будет не все понятно, в конце концов, специалист будет говорить на более-менее профессиональном языке про то, о чем у меня, как клиента может и не быть ясного и объемного представления, но что-то же я смогу понять ухватить! А если не смогу, так может это не "мой" психолог?
Так же я бы обращал внимание на то, как мне отвечают. Отзывается ли мне способ говорения, ритмика ответа, его структурность и ясность, готовность уточнять и прояснять непонятое и переспрошенное мной, способность соотносить ответы на эти вопросы с сутью поставленного мною первичного запроса на терапию? А терапевту вообще интересен мой запрос, он в ресурсе, "заряжен" на работу со мной? А мне комфортно рядом с ним в том диалоге? Да, терапия это не только поддержка и принятие, а ещё и напряжение, столкновение. И при всём этом на начальной стадии взаимоотношений возможность и готовность к установлению терапевтического контакта, доверительных отношений это весьма существенный фактор! Если у меня возникает хотя бы предварительное понимание, как в рамках представлений терапевта о психике и психотерапии будет разрешаться мой запрос, что, почему, и для чего мы будем делать в моем конкретном случае, то вероятно, это неплохой выбор. Понятно, что речь здесь не идет об отдельных упражнениях, экспериментах или практиках. Речь больше о философских, теоретических основаниях, на которых базируется психотерапевт и их приемлемости для меня, как клиента. Да и мой предварительно сформулированный клиентский запрос в процессе работы будет изменяться, поэтому важно не столько "что" предлагает терапевт, а "как" он видит наше взаимодействие.
Логично предположить, что стоит присмотреться к тому, что будущий терапевт из себя представляет. А вот на что обращать внимание? Какие критерии выбора значимые, и их стоит учитывать в первую очередь, а какие нет? Цвет и разрез глаз? Стоимость сессии? Спонтанно возникшая симпатия? Наличие дипломов и сертификатов? Отзывы клиентов? Критериев масса, и запутаться в них проще простого. Как же быть?
Я долго думал, "читал пейджер" и пока пришел для себя к такому выводу. Похоже, согласовываться стоит по сущностным критериям. Куда я, как клиент, попаду? В пространство психотерапии. С чем там будет проводиться работа? Похоже, с моей устроенностью, психикой, которая сейчас, в окружающей меня действительности, реализуется таким образом, что мне настолько больно, что я хочу это изменить. Тогда, в контексте моего запроса, значимыми становятся два вопроса к моему будущему терапевту: "Как вы видите, что такое психика и как она живет?" и "Что такое, с вашей точки зрения, психотерапия?" Второй вопрос можно задать и конкретнее: "Как, с вашей точки зрения, устроена психотерапия, как она достигает целей? В чем, заключается функция, предназначение работы психолога?"
Вот так просто, невинно спросить и внимательно слушать, что прозвучит в ответ. И тихонько сверять со своей картиной мира, собственной устроенностью — отзывается в душе или наоборот, вызывает отвержение, есть готовность довериться проговоренным в ответе идеям, или нет. Возможно, будет не все понятно, в конце концов, специалист будет говорить на более-менее профессиональном языке про то, о чем у меня, как клиента может и не быть ясного и объемного представления, но что-то же я смогу понять ухватить! А если не смогу, так может это не "мой" психолог?
Так же я бы обращал внимание на то, как мне отвечают. Отзывается ли мне способ говорения, ритмика ответа, его структурность и ясность, готовность уточнять и прояснять непонятое и переспрошенное мной, способность соотносить ответы на эти вопросы с сутью поставленного мною первичного запроса на терапию? А терапевту вообще интересен мой запрос, он в ресурсе, "заряжен" на работу со мной? А мне комфортно рядом с ним в том диалоге? Да, терапия это не только поддержка и принятие, а ещё и напряжение, столкновение. И при всём этом на начальной стадии взаимоотношений возможность и готовность к установлению терапевтического контакта, доверительных отношений это весьма существенный фактор! Если у меня возникает хотя бы предварительное понимание, как в рамках представлений терапевта о психике и психотерапии будет разрешаться мой запрос, что, почему, и для чего мы будем делать в моем конкретном случае, то вероятно, это неплохой выбор. Понятно, что речь здесь не идет об отдельных упражнениях, экспериментах или практиках. Речь больше о философских, теоретических основаниях, на которых базируется психотерапевт и их приемлемости для меня, как клиента. Да и мой предварительно сформулированный клиентский запрос в процессе работы будет изменяться, поэтому важно не столько "что" предлагает терапевт, а "как" он видит наше взаимодействие.
На что мне сегодняшнему, так сказать, образца сентября 2024 года кажется важным обратить внимание в этих "абстрактных" вещах?
Например, на то, что, с точки зрения терапевта является объектом и предметом исследования и воздействия в терапии. Что считает целью терапии вообще и в конкретном моем случае. Как видит способ достижения цели, какие методы и способы считает целесообразными.
Какие представления могут помочь мне сориентироваться в диалоге со специалистом? Для меня сейчас важно различение между феноменологическим и индивидуалистическим подходом к пониманию психики, а также отношение к рефлексии. Попробую прояснить.
В рамках индивидуалистического представления психика существует "внутри" человека, на данное от рождения тело, с его особенностями устройства воздействуют внешние факторы, приводящие к появлению у человека опыта взаимодействия со средой. Этот опыт, в свою очередь, предопределяет, к чему в последующем развитии у человека будет большая или меньшая чувствительность, а это, в свою очередь, будет приводить к упрочнению сходного с предыдущим типом опыта.
Например, на то, что, с точки зрения терапевта является объектом и предметом исследования и воздействия в терапии. Что считает целью терапии вообще и в конкретном моем случае. Как видит способ достижения цели, какие методы и способы считает целесообразными.
Какие представления могут помочь мне сориентироваться в диалоге со специалистом? Для меня сейчас важно различение между феноменологическим и индивидуалистическим подходом к пониманию психики, а также отношение к рефлексии. Попробую прояснить.
В рамках индивидуалистического представления психика существует "внутри" человека, на данное от рождения тело, с его особенностями устройства воздействуют внешние факторы, приводящие к появлению у человека опыта взаимодействия со средой. Этот опыт, в свою очередь, предопределяет, к чему в последующем развитии у человека будет большая или меньшая чувствительность, а это, в свою очередь, будет приводить к упрочнению сходного с предыдущим типом опыта.
В качестве примера-метафоры можно рассмотреть процесс роста вьюнковых растений. Пробившись на свет из-под земли, они растут параллельно вверх, но потом, под воздействием случайных факторов среды (ветер, дождь, доступность или недоступность солнечного света) отклоняются, и начинают цепляться за вертикальные поверхности, друг за друга, свиваясь в прочные жгуты.
С одной стороны, этот опыт дает им дополнительную опорность, устойчивость, увеличивает шансы на выживание. С другой — ограничивает спектр альтернативных вариантов реагирования в случае изменения окружающей среды. Тянулись-тянулись налево, к солнцу, а фермер переставил забор, и солнечно теперь справа. Ужас и беда, необходимо тратить массу ресурсов на разворот. А ведь сильно уйдя "влево", можно и не узнать, что справа солнечнее…
Выучил мальчик в детстве идею "мужчины не плачут", обросла она ценностями, смыслами, стереотипами поведения, соответствующим кругом общения и не встретился он с самой возможностью узнать, что процессом горевания можно делиться с другими и эффективно перерабатывать горе. Все сам, все в себе, привет инсульт…
С одной стороны, этот опыт дает им дополнительную опорность, устойчивость, увеличивает шансы на выживание. С другой — ограничивает спектр альтернативных вариантов реагирования в случае изменения окружающей среды. Тянулись-тянулись налево, к солнцу, а фермер переставил забор, и солнечно теперь справа. Ужас и беда, необходимо тратить массу ресурсов на разворот. А ведь сильно уйдя "влево", можно и не узнать, что справа солнечнее…
Выучил мальчик в детстве идею "мужчины не плачут", обросла она ценностями, смыслами, стереотипами поведения, соответствующим кругом общения и не встретился он с самой возможностью узнать, что процессом горевания можно делиться с другими и эффективно перерабатывать горе. Все сам, все в себе, привет инсульт…
Терапия в таком подходе предполагает создание в пространстве терапевтических отношений безопасной среды, в которой клиент может пробовать новые способы взаимодействия с окружением и приобретать новый опыт, изменяя себя. Терапевт рассматривается как организатор этого поискового процесса, поддерживающий, помогающий снимать затруднения и приходить к новым представлениям о себе, окружающих людях, мире. Объектом исследования и развивающего воздействия в терапии становится клиент, его внутренняя устроенность, предопределяющая индивидуальную специфику реагирования в ситуациях, а также способность адаптивно и несаморазрушающим образом воспроизводиться в изменяющейся среде.
Целью коррекции являются убеждения, ценности, стереотипные паттерны поведения (например, механизмы прерывания в гештальт-терапии, когнитивные ошибки и глубинные убеждения в КПТ). По сути, изучаем как устроен клиент, сравниваем с ранее эмпирически выведенными психологами "правилами", при несовпадении – корректируем в сторону соответствия, клиенту становится проще жить.
Повторюсь, на основании исследований и в зависимости от теорий и подходов, которых придерживается психотерапевт, он имеет представление о том, как устроена оптимальная психика, какие психические механизмы приводят к развитию или воспроизводству, а какие - к деградации и саморазрушению.
Сравнивая то, как живет клиент с этими представлениями он находит несоответствие и помогает клиенту научиться жить "по-правильному", естественно, и эта правильность определяется используемым подходом. И тогда мне, как клиенту принципиально важно понимать, что за, не побоюсь этого слова, философию жизни мне предлагают. Подходит ли она мне. Если она мне близка, то мне будет проще в это новое видение "влиться", с другой стороны, подход, основанный на новых идеях может стать для меня более перспективным и развивающим. И тогда стоит соотносить свои цели, ресурсы и риски. Какой я сейчас как клиент, нуждающийся в поддержке, или рвущийся к новому? Мне важно решить локальное затруднение, или провести ревизию и оптимизацию всей моей жизни? В какой мере готов принимать на себя ответственность за изменения, а может и за собственное развитие в терапии, а может мне нужен кто-то, кто просто скажет "делай вот так, и болеть не будет".
В рамках феноменологического подхода представление о психике иное. Она рассматривается не как свойство, присущее отдельному человеку, а как то, что что живёт на границе человека и его окружающей среды. Моя эффективность сейчас, как пишущего этот текст предопределяется (среди бесчисленного множества других факторов и нюансов) и моим внутренним состоянием, и внешним комфортом уютного кафе, и одновременным взаимовлиянием их друг на друга. Когда я иду в кафе поработать, я предвкушаю в том числе, свое будущее состояние сосредоточенности и погруженности в написание текста, и это предвкушение меняет мое состояние на какое-то иное. Когда я прихожу в кафе, я воздействую на среду вокруг себя, банально перемещая себя в уютное для меня пространство, и симультанно в этом процессе я испытываю на себе воздействие меняющейся в рамках своей, не всегда от меня зависящей, логики бытия окружающей меня среды. И этот круговорот взаимовлияния происходит постоянно.
Целью коррекции являются убеждения, ценности, стереотипные паттерны поведения (например, механизмы прерывания в гештальт-терапии, когнитивные ошибки и глубинные убеждения в КПТ). По сути, изучаем как устроен клиент, сравниваем с ранее эмпирически выведенными психологами "правилами", при несовпадении – корректируем в сторону соответствия, клиенту становится проще жить.
Повторюсь, на основании исследований и в зависимости от теорий и подходов, которых придерживается психотерапевт, он имеет представление о том, как устроена оптимальная психика, какие психические механизмы приводят к развитию или воспроизводству, а какие - к деградации и саморазрушению.
Сравнивая то, как живет клиент с этими представлениями он находит несоответствие и помогает клиенту научиться жить "по-правильному", естественно, и эта правильность определяется используемым подходом. И тогда мне, как клиенту принципиально важно понимать, что за, не побоюсь этого слова, философию жизни мне предлагают. Подходит ли она мне. Если она мне близка, то мне будет проще в это новое видение "влиться", с другой стороны, подход, основанный на новых идеях может стать для меня более перспективным и развивающим. И тогда стоит соотносить свои цели, ресурсы и риски. Какой я сейчас как клиент, нуждающийся в поддержке, или рвущийся к новому? Мне важно решить локальное затруднение, или провести ревизию и оптимизацию всей моей жизни? В какой мере готов принимать на себя ответственность за изменения, а может и за собственное развитие в терапии, а может мне нужен кто-то, кто просто скажет "делай вот так, и болеть не будет".
В рамках феноменологического подхода представление о психике иное. Она рассматривается не как свойство, присущее отдельному человеку, а как то, что что живёт на границе человека и его окружающей среды. Моя эффективность сейчас, как пишущего этот текст предопределяется (среди бесчисленного множества других факторов и нюансов) и моим внутренним состоянием, и внешним комфортом уютного кафе, и одновременным взаимовлиянием их друг на друга. Когда я иду в кафе поработать, я предвкушаю в том числе, свое будущее состояние сосредоточенности и погруженности в написание текста, и это предвкушение меняет мое состояние на какое-то иное. Когда я прихожу в кафе, я воздействую на среду вокруг себя, банально перемещая себя в уютное для меня пространство, и симультанно в этом процессе я испытываю на себе воздействие меняющейся в рамках своей, не всегда от меня зависящей, логики бытия окружающей меня среды. И этот круговорот взаимовлияния происходит постоянно.
Чтобы самостоятельно заметить, попробовать прочувствовать эту странную идею "психика живет на границе контакта", могу предложить простой эксперимент. Сядьте поудобнее, расслабьтесь, закройте глаза, и потратьте 5-7 минут своего времени на восприятие своих телесных ощущений, как на границе тела, так и внутри. Постепенно перемещайте свое внимание от стоп через голени, икры, колени, бедра, таз, живот к грудной клетке, рукам, шее, голове. Как пол давит на вас, а как вы размещаетесь на нем... Дойдя до головы, можете локализовать свое внимание на более мелких частях - положении языка, нёба, нижней челюсти, губ... Просто фиксируйте то состояние в котором находитесь. А в какой-то момент попробуйте ощутить себя целиком. Насладились тишиной, собой и внезапным спокойствием? А теперь постепенно, медленно, сохраняя направленность внимания на себе самом, начните постепенно открывать глаза. И обратите внимание, как меняется ваше внутреннее состояние, когда вы замечаете нечто вне вас...
Если грубо, то вот эту штуку, контакт между организмом и средой, и изучают клиент и терапевт в феноменологическом подходе. Это уже не один человек в окружающем его поле, это двое, каждый из которых со своей устроенностью является частью окружающей среды другого и оба испытывают одновременное действие и воздействие в этом поле. Это не про поиск именования того, что происходит с клиентом, а про взаимное разворачивание устроенности каждого в контакте. И тогда терапевтическое пространство выступает модельной площадкой, на которой "размещается-разворачивается" так, как умеет, как может на основании своего жизненного опыта, и в этом разворачивании начинает замечать кого-то иного, с другим опытом, и, во взаимодействии, начинает меняться.
Завершая, не могу не отметить, что лично для меня фаза предварительного "присматривания" к психотерапевту имеет значение для успешности терапии. И этот поиск общего, взаимных "совпадений", потенциально способных стать опорой для саморазвития клиента включает в себя и этап "до" встречи клиента и терапевта и первые встречи (по моему опыту - две-три). И тогда абсолютно нормально прекращение терапии клиентом в случае выявления кардинально несовпадающих ценностей, картин мира, которые он не может учесть и принять в качестве изменяющего, терапевтического фактора.
Выбирайте с умом, выбирайте чувством и интуицией, пусть ваша терапия будет успешной!
Выбирайте с умом, выбирайте чувством и интуицией, пусть ваша терапия будет успешной!
Пояснения автора
Этот текст написан в сентябре 2024 года по результатам прохождения программы повышения квалификации «Введение в терапию соматического развития» Поволжского института гештальт-терапии.
Я изначально профессионализировался, будучи устремленным понимать происходящее в терапии, воздействовать из полученных представлений об устроенности «болезни» клиента и эффективности тех или иных способов коррекций и интервенций, нацеленных на приведение клиента к запланированному результату (ножка не боли, тревога не тревожься).
Программа дала мне возможность заметить иной, феноменологический подход, связанный, как я сейчас понимаю (опять, Карл!), в том числе с разворачиванием процесса контакта терапевта и клиента без интерпретаций и соотнесения с внешними «правилами». Похоже, это сдвиг с фокусировки на «что делается» на то, «как делается». Пока сам разбираюсь и перевариваю в попытке интегрировать в себе оба подхода.
Если вам интересно понять теоретически о чем я - обратите внимание на психологическую теорию поля, французскую школу гештальт-терапии и темы с ней связанные. Опорные персоналии для старта – Курт Левин, Жан-Мари Робин.
Я изначально профессионализировался, будучи устремленным понимать происходящее в терапии, воздействовать из полученных представлений об устроенности «болезни» клиента и эффективности тех или иных способов коррекций и интервенций, нацеленных на приведение клиента к запланированному результату (ножка не боли, тревога не тревожься).
Программа дала мне возможность заметить иной, феноменологический подход, связанный, как я сейчас понимаю (опять, Карл!), в том числе с разворачиванием процесса контакта терапевта и клиента без интерпретаций и соотнесения с внешними «правилами». Похоже, это сдвиг с фокусировки на «что делается» на то, «как делается». Пока сам разбираюсь и перевариваю в попытке интегрировать в себе оба подхода.
Если вам интересно понять теоретически о чем я - обратите внимание на психологическую теорию поля, французскую школу гештальт-терапии и темы с ней связанные. Опорные персоналии для старта – Курт Левин, Жан-Мари Робин.
